№ 71 - № 80 - ТЕКСТЫ И ЗАДАНИЯ ДЛЯ ПОДРОБНЫХ ИЗЛОЖЕНИЙ - ИЗЛОЖЕНИЯ

Диктанты и изложения по Русскому языку 9 класс Л. М. Кулаева - 2016 год

№ 71 - № 80 - ТЕКСТЫ И ЗАДАНИЯ ДЛЯ ПОДРОБНЫХ ИЗЛОЖЕНИЙ - ИЗЛОЖЕНИЯ

№ 71

Рогожский рынок

Был один момент в моей жизни, когда я соприкоснулся с Пушкиным, это не могло пройти бесследно. Произошло всё это в войну, на Рогожском рынке в Москве.

Кто пережил войну в Москве, тот не может не помнить этого рынка. Тут всё было и всё продавалось из того, что могло существовать и продаваться. А я приехал сюда, чтобы продать поленницу дров и на вырученные деньги купить еды.

Дрова продавались так: несколько тоненьких чурбачков, сложенных в кучку. Дрова были, как хлеб, как продуктовые карточки.

В тот день мне ужасно повезло. Наш сосед захотел завалить единственное дерево на участке и попросил меня помочь. Я, конечно, согласился и попросил только накормить меня перед распилом, потому что боялся, что не хватит сил тянуть пилу.

Сосед напоил меня чаем без сахара, потом мы пилили в темноте дерево, для экономии забирая ниже травы. Дерево, огромное, многолетнее, а мы торопливо отсекали от него часть за частью, пока не превратили великана в компактную кучку кругляшей, один из которых был законно моим.

Хочешь — топи и грейся, отогревай замерзшую за войну душу, а можно было перевести это в пищу, в картошку, и разом её съесть.

Целый килограмм картошки — вот что я смог вообразить и поехал на Рогожский рынок.

Мёрзлые люди ходили вдоль нашего ряда, приценивались, присматривались, поднося иное полено к глазам. Я стоял на своей, выбранной мною цене, которая соответствовала килограмму картошки. Я живо представлял мою картошку и в сыром виде, и в кастрюльке с водой, распространяющую по дому волшебный аромат, я её переварил и съел сто раз, пока стоял с дровами. Какой же был мороз! Я плакал от боли, понимая, что погибаю от своего богатства.

И вдруг появился человек, которого я даже не разглядел. Не торгуясь, не осматривая каждое полено, он заплатил всю назначенную мной сумму, положил дрова в сумку и пошёл прочь.

Медленно двигаясь, я вошёл в толпу и увидел заросшую щетиной шею человека, держащего в руке мыльницу, плоскогубцы и книжку.

— А что это у вас? — смог я жалобно произнести про книгу.

Передо мной уже сияла картинка тёмной реки, Дворцовая набережная с железной оградкой, у которой в очень странной позе стояли два господина в котелках, а внизу было написано “Александр Пушкин. Евгений Онегин”.

Я слышал, что есть такие стихи, но едва ли догадывался, каковы они и зачем они мне здесь нужны. Но книга была в моих руках, и вернуть её не было уже возможности. Помимо своей воли я спросил: “Сколько?”

Он показал на мой кулак, подхватил на лету деньги и будто проглотил их. Во мне зашевелилась тоскливая мысль, что картошка уже не моя. От страха, от невозможности что-либо исправить у меня схватило живот.

— Дядя! — закричал я. — Дядя, отдай! Отдай!

Я заплакал негромко, потом вытер слёзы, вынул из-за пазухи книгу, почти безразличную мне, и стал думать над ней.

Захотелось домой, и шёл, тихо вздыхая, а иногда поскуливая, словно меня побили. Потом я открыл книгу и прочёл несколько строчек про какого-то дядю.

В стихах было что-то лёгкое, странное, они будто сами читались, и хотелось читать ещё.

Чёткий, почти воздушный стих, похожий на сон, удивил меня, и строчка за строчкой, точно на волнах моря, я поплыл неведомо куда, забыв о том, что меня окружает. Проход к стихам оказался так же прост, как от пустой прогулки к драгоценному полену, от него к деньгам, а потом к этой книге.

Мир вокруг жил, обуреваемый единственной страстью: продать- купить, а в итоге выжить, но я уже исчез из него, мне стало легко. И дело тут было не в одной волшебной силе стихов, а в кажущейся несовместимости двух миров этого столь уродливого, сколь и необходимого рынка, откуда я выхватил книгу, как звезду в ночи, и она повела меня за собой в другой головокружительный мир, сладкий, как балы, как ложи, как паркет, как опера и что-то уж совершенно невозможное и прекрасное. А я ведь и не знал, что это бывает!

(По А. Приставкину)

Задание

1. Передайте содержание отрывка из рассказа А. Приставкина подробно или сжато.

2. Ответьте на вопрос: “Какую роль в судьбе автора сыграла книга А.С. Пушкина?”

№ 72

Дар дружбы

Бессчётное число раз мне приходилось отвечать на вопрос, что такое дружба, как найти настоящего друга — почему-то всегда требуют одного друга, будто нельзя дружить со многими. И каждый раз я заново затрудняюсь ответить. Спрашиваю сама: а по-твоему. Что такое дружба? И сочинений на эту тему прочла несколько сотен. Вот как чаще всего понимают дружбу молодые люди: друг — это кому можно всё-всё рассказать. Кто всё поймёт. Кто всегда с тобой рядом, обо всём думает.... Поддержит в беде...

Кто такой Павел Васильевич Анненков? Если спросить людей образованных, хорошо знакомых с культурой 19 века, отвечают: “Первый биограф Пушкина. Он ещё написал статью “Замечательное десятилетие”...

Да, Павел Васильевич Анненков подготовил и издал первое полное собрание сочинений Пушкина. Это была трудная работа: нужно было восстановить искажённые цензурой тексты, добиться разрешения напечатать эти стихи. Анненков взял на себя эту титаническую задачу и выполнил её.

Биографию поэта, написанную Анненковым, считают наиболее достоверной и бережной; он ничего не выдумывал, не выдавал свои соображения за факты.

Работа Анненкова “Замечательное десятилетие” посвящена 40-м годам 19 века. Главный герой этих воспоминаний — Белинский. Но о ком только не рассказывает Анненков: Гоголь, Герцен, Тургенев... Этот список далеко не полон. Буквально все выдающиеся люди этого периода знакомы Анненкову. Ему есть что рассказать о них.

Живя в Париже и строя планы дальнейших путешествий, Анненков внезапно узнаёт о тяжёлой болезни Белинского, которого доктора отправили лечиться на воды. Анненков тут же отправился к Белинскому, не потому, что тот его позвал, а потому, что иначе не мог. Другие друзья Белинского помогли ему деньгами — иначе они не могли. Тургенев приехал и пробыл сколько мог. Анненков уважает “души высокую свободу”.

Право на долгую, благородную память Павел Васильевич Анненков завоевал не только умным и ярким описанием 40-х годов. Все яркие, значительные события в жизни писателей второй половины 19 века происходят либо прямо в присутствии, либо при непременном участии Анненкова. Гоголь пишет “Мёртвые души” — Анненков живёт в соседней комнате. Они друг другу не мешают, каждый занят своим делом. Но ежедневно в течение одного часа Гоголь диктует Анненкову свою рукопись, а тот, отложив на время все свои дела, становится добровольным и добросовестным переписчиком.

В натуре Анненкова заключалось так много добра, спокойствия и - терпения, что от него бесконечно требовали всяческих услуг, и он их выполнял, не сомневаясь, что так и надо.

Позже, переживая тяжёлый душевный кризис, Гоголь пришлёт Анненкову раздражённое, поучающее письмо не с просьбами, а с требованиями: пришлите то-то, выпишите мелким почерком все критики на мои сочинения. Оказывается, Гоголь многих просил об этом, но никто не исполнил. Анненков, во-первых, исполнил, а во-вторых, не обиделся, а только удивился учительскому тону Гоголя. Анненков не был согласен с новой верой Гоголя. Очень нелегко, непросто дружить с крупными, яркими личностями — и не подчиняться их воле, оставаться собой, знать своё: всех я вас люблю, всех жалею, всем хочу помочь.

Анненков по первому зову своих друзей мчался туда, куда его звали, беспрекословно исполнял все их многочисленные поручения. А друзья безусловно верили его художественному вкусу, пониманию литературы. Так, в письмах Тургенева явственно видно главное: та самая необходимость Анненкова своим друзьям.

Но этот человек имел вовсе не одни только дружеские обязанности. Он много писал: и прозу — рассказы, повести, публицистические размышления, критические статьи. Он любил путешествовать. Анненков мог бы жить интересной, увлекательной жизнью и не отдавать столько сил своим друзьям...

Но, видно, не мог. Тогда жизнь его стала бы неполной. Пусть Павел Васильевич Анненков не был наделён таким великим литературным талантом, как любившие его Тургенев, Гоголь, Белинский, Толстой. Но он имел талант редчайший: тот особый дар дружбы, который и делал его необходимым для всех людей, с кем сводила его жизнь.

(По Н. Долининой)

Задание

1. Передайте содержание отрывка из книги Н. Долининой подробно или сжато.

2. Ответьте на вопросы: “Каким предстаёт перед нами П.В. Анненков в данном тексте?”, “Согласны ли вы с авторским отношением к своему герою?”

№ 73

Алма-Ата

Выезжал я из Москвы в ростепель, в хмурую и тёплую погодку. То и дело моросил дождичек, и только-только начали набухать за заборами, на мокрых бульварах и в бутылках на подоконниках бурые податливые почки. Провожали меня красными прутиками расцветшей вербы, потешными жёлтыми и белыми цветами её, похожими на комочки пуха. Больше ничего не цвело. А здесь я сразу очутился среди южного лета. Цвело всё: стены домов, крыши, лужи под жёлтой ряской, тротуары и мостовые.

От станции до города меня довезли, а по городу надо было идти пешком. Но Алма-Ата спала, спросить дорогу было не у кого, и я двинулся наугад. От деревьев исходил сладкий, пряный запах, и он был так тяжёл, что не плыл, а стоял в воздухе. Солнце ещё не встало, а под акациями уже трубили шмели и кружили большие белые бабочки. Я увидел, что зелень в этом городе расположена террасами. Первый этаж — вот эти акации. Над акациями — фруктовые сады, над садами — тополя, а над тополями уже только горы да горные леса на них.

Потом я узнал: тополя в городе и есть самое главное. Без них ни рассказать об Алма-Ате, ни подумать о ней невозможно. Они присутствовали при рождении города. Ещё ни улиц, ни домов не было, а они уже были. Весь город, квартал за кварталом, обсажен тополями.

Алма-атинский тополь — замечательное дерево. Он высок, прям и всегда почти совершенно неподвижен. Когда налетает буран, другие деревья гнутся в дугу, а он едва помахивает вершиной. Не дерево, а колоссальная триумфальная колонна на площади! И не забудьте: каждому из этих великанов по доброй сотне лет. Но нет дерева более живого и говорливого, чем тополь. От самых корней до вершин живой мелкой листвой шумит, переливается серебром и чернью. А над тополями уже горы...

С час как бойко шла перекличка петухов. С сухим электрическим треском вспархивала розовая и синяя саранча. Заливались где-то вдали лягушки. Потом я узнал: в городе зверья не меньше, чем людей. В городском парке по вечерам ухает филин. Дикие козочки забегают осенью в окраинные сады. Словом, нигде в мире, сказал мне один зоолог, дикая природа не подходит так близко к большому городу, как в Алма-Ате.

(Ю. Домбровский)

Задание

1. Передайте содержание отрывка из повести Ю. Домбровского подробно или сжато.

2. Определите тему и главную мысль текста. Своё мнение обоснуйте.

№ 74

На неведомой дорожке

Разными тропами приходилось ходить: медвежьими, кабаньими, волчьими. Ходил даже птичьими. Но по такой тропинке шёл впервые.

Что-то увижу на ней?

Шёл не по самой тропинке, а рядом. Уж больно узка тропинка, как ленточка. Тропинку эту расчистили и протоптали... муравьи. Для них-то она была, конечно, не ленточка, а широченное шоссе. И муравьёв бежало по нему много-много. Тащили мух, комаров, слепней. Слюдяные крылышки насекомых блестели. Казалось, что между травинок по склону льётся струйка воды.

Я иду по муравьиной тропе и считаю шаги: шестьдесят три, шестьдесят четыре, шестьдесят пять шагов... Ого! Это моих больших, а сколько же муравьиных?! Серьёзная тропа. Только на семидесятом шаге струйка пропала под камнем. На него я и присел. Сижу, смотрю, как бьётся под ногами живая жилка. Дунет ветер — и рябь пробежит по живому ручейку. Проглянет солнце — засверкает всё.

Вдруг будто волна хлынула по муравьиной дороге. Змейка по ней вильнула и — под камень, на котором я сидел. Я ногу отдёрнул, — уж не гадючка ли?.. Муравьи сейчас её обезвредят. Муравьи смело нападают на змей, облепят змею — и останутся от неё одни косточки. Заберу скелет этой змейки в свою коллекцию.

Сижу, жду. Под ногами бьётся и бьётся живой ручеёк. Теперь пора — больше часа просидел. Осторожно приподнимаю камень — не повредить бы змеиный скелет. Первое, что увидел под камнем, была змея. Но не мёртвая, а живая и совсем на скелет не похожая! Наоборот, стала ещё толще! Змейка, которую должны были съесть муравьи, спокойно и не торопясь... ела муравьёв! Она прижимала их мордочкой и отправляла их в рот.

Это была не гадючка. Таких змей я ещё никогда не видел. Чешуя — как наждак, мелкая, сверху и снизу одинаковая. Больше на червяка похожа, чем на змею.

Удивительная змейка: приподняла тупой хвост вверх, повела им, повела им из стороны в сторону, как головой, да вдруг и поползла хвостом вперёд! А глаз и совсем не видно. Не то с двумя головами змея, не то вовсе без головы! А питается-то муравьями.

Не вышел скелет, так я змейку забрал. Дома определил название. Глаза у неё нашёл маленькие, с булавочную головку. Поэтому и называют её — слепозмейка. Живёт она в норах под землёй. Там ей глаза и не нужны. А вот ползать то головой, то хвостом вперёд — удобно. И землю она рыть носом может.

Вот к такому невиданному “зверю” привела меня неведомая дорожка. Да что там и говорить. Каждая дорожка куда-то ведёт. Только не ленись идти.

(Н.И. Сладков)

Задание

1. Передайте содержание рассказа из книги Н.И. Сладкова подробно или сжато.

2. Как вы понимает слова, которыми заканчивает автор этот рассказ: “Каждая дорожка куда-то ведёт. Только не ленись идти”?

№ 75

Тетёрка

Кавказская тетёрка всем схожа с нашей, обыкновенной. И повадка у неё простая: увидит охотника — улетит, услышит, убежит или затаится.

Но однажды встретил я тетёрку, которая не улетела от меня, не убежала и не затаилась.

Сидел я на склоне у ручья. Плещет с камня на камень вода и у кустов рододендрона обрывается водопадиком.

Из этих кустов и вышла тетёрка. А за ней шесть цыплят.

Хотел я притаиться, да неловко шевельнулся: из-под ноги поскакали камушки.

Семь головок, как семь цветочных бутонов, поднялись из травы и замерли. Шесть несмышлёнышей ждали сигнала матери.

Тетёрка взмахнула крыльями. “Сейчас улетит”, — подумал я. Но она не улетела, только кинулась в сторону, но и не убежала.

Шесть глупых цыплят ждали.

Тогда я нарочно зашуршал ногой.

Тетёрка — грозная, взъерошенная, бросилась прямо на меня.

Она кинулась мне прямо в руки и, схваченная, закричала, забилась, теряя перья.

Это послужило сигналом. Шесть цыплят разом взлетели — и спланировали на кручу.

Я был поражён безрассудной самоотверженностью птицы. Зачем кидаться в руки врага, когда можно убежать, улететь, спрятаться?

Но, прижав ладонями тугие, сильные крылья, я вдруг заметил: тетёрка была слепа. Вместо живых птичьих глаз были две пустые впадины с запёкшийся кровью.

Всё стало ясно.

Пёстрый желтоглазый ястреб налетел, скогтил, поволок. Проколол глаза, да не сумел удержать и убить — вырвалась.

Тетёрка и слепая водила выводок. На ощупь клевала траву и почки. Шесть несмышлёнышей по-прежнему ждали от неё сигналов. Но теперь она не могла взлететь и увлечь за собой цыплят. Не могла убежать и спрятаться с выводком в чаще. Куда бежать, куда лететь, когда кругом ночь?

...А враги крадутся. Слышны шорохи в кустах, в траве. Скачут из- под чьих-то ног камешки.

И тетёрка, защищая детей, бросилась прямо на шум. Это всё, что она могла теперь сделать.

Слабый враг испугался бы и убежал. Сейчас враг оказался сильней. И она забилась, закричала. Тетеревята были спасены.

Я держал в руках слепую тетёрку и не знал, что с ней делать.

Под ладонью быстро-быстро билось птичье сердце, такое маленькое, но такое смелое!

(Н.И. Сладков)

Задание

1. Передайте содержание рассказа из книги Н.И. Спадкова подробно или сжато.

2. Ответьте на вопрос: “Какие мысли и чувства вызывает этот рассказ Н.И. Спадкова?”

№ 76

И заяц способен на подвиг

Он был самым обыкновенным зайцем. Летом его шкурка, как и полагается, желтела; зимой заяц становился белым, и чёрные полоски на его ушах резко выделялись.

Как-то заяц выступал в приморском городе. Время осеннее, вот- вот должна была перемениться шкурка, но заяц почему-то так и остался жёлтым, летним. На характере его, пожалуй, это не отразилось. Заяц по-прежнему был пуглив, боялся всяких новых предметов и, разозлённый чем-нибудь, подолгу выбивал барабанную дробь. В цирке среди зверюшек он и был барабанщиком. Для зайца такая работа была не трудной: барабанить, раздражаясь по пустякам, он привык с детства в лесу. Только в цирке барабанить нужно было не со злости, а по знаку дрессировщика. Ну что ж, нужно так нужно, лишь бы за это давали вкусную душистую петрушку. И заяц, увидев её, безразличный к публике, весело барабанил под оркестр.

Так и жил заяц в цирке ничем не примечательным рядовым артистом. Он даже не имел своей отдельной квартиры, а жил вместе с целой семьёй никогда не унывающих шумливых морских свинок. Друг другу они не мешали. Заяц жил, не обращая на соседей внимания, а шустрые свинки, наверно, уважали его, такого большого, ушастого, умеющего прыгать.

На выступления их возили вместе поездом, пароходом, а иногда и самолётом.

И вот однажды летел заяц со своими соседями на самолёте. Рейс был трудный. Недаром свинки замолкли, будто уснули, а зайцу дышать всё тяжелее становилось. Когда самолёт приземлился, клетки стали вынимать, ставить на багажную тележку. Лишь заячья клетка случайно свалилась и затерялась среди каких-то тюков. Зайца от решётки не оторвёшь: никак не надышится крутым морозным воздухом. Даже свинки ожили, засуетились.

Сначала мелкие холодные капли стекали с решётки, потом ровным слоем снежок запорошил все углы. У свинок пропало оживление. Они сбились в груду и жалобно пищали. Заяц же растянулся во всю длину и замер, словно неживой. Морские свинки, как ни устраивали кучу малу, всё не могли согреться.

Неожиданно маленькая морская свинка прижалась к заячьему боку, а за ней и остальные. И заяц стал подниматься, подниматься и вскоре очутился на ковре из морских свинок. Тогда заяц разлёгся поудобнее, почти во всю ширину клетки.

А наутро, когда нашли затерявшуюся клетку, разгребли под решёткой снежок, увидели: лежит заяц и не двигается, а морские свинки, как под наседкой цыплята, спрятались под зайцем и согрелись.

Так спас заяц всем свинкам жизнь.

И хотя на представлении перед зрителями заяц, как всегда, выбивал барабанную польку, всё же теперь он был героем, и было ясно, что даже ничем не примечательный заяц способен на подвиг.

(По Н.Ю. Дуровой)

Задание

1. Перескажите текст подробно.

2. Ответьте на вопросы: “В чём смысл названия этого текста?”, “Какую жизненную мудрость можно извлечь из этого текста?”

№ 77

Гудковские пруды

Вода — одно из самых больших чудес на Земле. Это жидкий минерал, очень лёгкий, быстро твердеет и превращается в лёд. Может стать газообразным, превратившись в облака, а может пушистым, в виде рыхлого снега. Много её в океанах, но пресной воды не хватает.

Вода — это самая мощная на Земле сила. И вода — это жизнь. Астрономы, изучая другие планеты, в первую очередь ищут присутствие воды. Жизнь зародилась в воде, и сегодня это самая заселённая среда на земле. Вода — это ещё и краса Земли — как в зеркале, в ней отражаются звёзды и облака, костры и огни кораблей, зелёное царство деревьев.

Человек всегда стремился жить у воды — у моря, у речки, около озера. А если судьба посылала место, где этого не было, люди сами создавали запасы воды. В пустынях — это колодцы на древних верблюжьих тропах. В степях — большие и малые копаные пруды. В каждой российской деревне был непременно “пожарный” пруд и пруд для скотины и птицы. Три года назад на орловской земле у села Льгов я рискнул забраться в топкие джунгли заросшего пруда, на котором Тургенев со спутником Ермолаем стрелял с “дощаника” уток.

От многих старинных дворянских усадеб никаких следов не осталось. И только заросший пруд даёт представленье, как была организована и налажена жизнь. А там, где усадьбу пощадили люди и время, можно увидеть пруды, как и в старь, ухоженные и едва ли менее ценные, чем постройки около них. Вспомним Ясную Поляну, Спасское-Лутовиново, лермонтовские Тарханы. В больших прудах разводили рыбу, держали на них лодки. Пруды маленькие часто использовались как садки для живой рыбы. В приволжском селенье Плёс такие пруды были едва ли не у каждого дома.

В начале этого лета я оказался в Поволжье, близко к посёлку Кошки. Именно там находятся Гудковские пруды — оазис жизни, существованием которого мы обязаны трудолюбию и бескорыстию одного человека. Это был в самом деле оазис в местах, где лесов мало, а в степи нередко увидишь ковыль. Вода тут желанная почти как в пустыне. И вот она сверкает на солнце, отражает голубое без облаков небо. Это цепь прудов, окаймлённая ивами и тростниками, а выше по пологому берегу — саженым лесом и молодым садом. Пруды называются Гудковскими по фамилии человека, который сотворил чудо в этих сухих местах, — подполковника в отставке Владимира Ивановича Гудкова.

Будучи много лет назад начальником военно-технической школы, решил он учёбу совместить с полезным общественным делом. Вблизи Кошек сотни лет существовала сухая балка. “А построим-ка, ребята, плотину в балке и будем в пруду купаться”. И получилась плотина! Потом вторая... И хотя школы давно уже нет, но пруды, видя радость от них для всех, упёртый подполковник, не оставил.

По обе стороны от цепочки прудов посажен им сосновый лес, уже начинает плодоносить сад с пятьюстами яблонями, в прудах плещется рыба. В сухой степи это первостатейная ценность.

Для Владимира Ивановича пруды стали делом жизни, смыслом существования. Такие чудаки всегда на Руси были. Подполковник — один из них. Житьё его трудное — в пять утра он уже у прудов. За всем успевает следить: за водой, за лесом, садом, сам убирает и в сторонке сжигает мусор. Потихоньку помогают ему ребятишки из соседней школы.

(По В. Пескову)

Задание

1. Перескажите текст подробно.

2. Объясните смысл названия текста. Ответьте на вопрос: “О каких чертах характера В.И. Гудкова вы узнали из данного текста?”

№ 78

Слушаю сказки — вознаграждаю тем недостатки

проклятого своего воспитания.

Что за прелесть эти сказки! каждая есть поэма!

А.С. Пушкин

Сказки знают все. По крайней мере, несколько сказок каждый из нас может вспомнить. И “Репку”, и “Колобок”, и про Ивана-царевича и серого волка, и... И все-таки, смею сказать, мы не знаем сказки. Ну хотя бы: кто помнит сказку о Ерше Ершовиче? Или сказки “Горшеня”, “Семилетка”, “Горе”? Велико число сказок (учёные насчитывают их многие сотни), а на слуху у нас обычно не более десятка.

Но разве только количество запоминавшихся сказок является свидетельством их знания? Ведь сказка — это не рассказ, не повесть, не стихотворение или поэма, которые мы читаем в книгах... Многие ли из нас могут рассказывать сказки так, чтобы слушали нас, затаив дыхание, чтобы плакали или смеялись?

И ещё много вопросов возникает, когда речь заходит о народной сказке.

Так что же такое сказка?

Если подобрать к слову “сказка” однокоренные слова, то получится ряд слов, который в определённой мере раскроет нам его смысл: сказка

— сказывать — рассказывать. То есть сказка —- это то, что рассказывается, это устный рассказ о чём-либо интересном как для исполнителя, так и для слушателя.

Но всякий ли интересный рассказ является сказкой? Можно с уверенностью ответить на этот вопрос: нет. Народ сам в своих пословицах и поговорках отметил ещё одну характерную особенность сказок. Наверное, всем нам не раз приходилось слышать или самим говорить тем, кто рассказывает о том, во что трудно поверить: “Не рассказывай сказки!”, “Всё это — сказки!”. Есть пословицы, в которых сказка сравнивается с песней: “Сказка — складка, а песня — быль”, “Сказка — ложь, а песня — правда”. О чём все это говорит? О том, что сказка повествует о таких событиях, которые в жизни произойти не могут, они невероятны, фантастичны.

И в самом деле, разве можно поверить в то, что лиса научила волка ловить хвостом рыбу из проруби? Трудно себе представить в жизни и то, о чём рассказывает сказка “Царевна-лягушка”: Иван-царевич женится на лягушке, совершающей немыслимые чудеса. И конечно же, вряд ли можно встретить в жизни человека, который поверил бы, что блины падают из тучи, а в рыболовные сети ловятся зайцы, а на деревьях в лесу висят щуки!.. Так что же: сказка повествует о том, чего не было? В таком случае зачем она? Но вернёмся к эпиграфу этой статьи — словам А.С. Пушкина. Поэт незнание сказок расценивал как недостаток своего “проклятого” воспитания! Ему же принадлежат слова: “Сказка — ложь, да в ней намёк! Добрым молодцам урок!..” Так он закончил свою знаменитую “Сказку о золотом петушке”...

Сказка-ложь оказывается самой настоящей правдой: она рассказывает нам о чрезвычайно важном в жизни, она учит нас быть добрыми и справедливыми, противостоять злу, презирать льстецов и хитрецов, ненавидеть злодеев, врагов. Она утверждает народные принципы жизни: честность, преданность, смелость, коллективизм.

(По Ю.Г. Круглову)

Задание

1. Перескажите текст подробно.

2. Напишите небольшое сочинение, в котором расскажите, чем для вас является сказка.

№ 79

Один бог разве мог сказать, какой был характер Манилова. Есть род людей, известных под именем: люди так себе, ни то ни сё, ни в городе Богдан ни в селе Селифан, по словам пословицы. Может быть, к ним следует примкнуть и Манилова. На взгляд он был человек видный; черты лица его были не лишены приятности, но в эту приятность, казалось, чересчур было передано сахару; в приёмах и оборотах его было что-то заискивающее расположения и знакомства. Он улыбался заманчиво, был белокур, с голубыми глазами. В первую минуту разговора с ним не можешь не сказать: “Какой приятный и добрый человек!” В следующую за тем минуту ничего не скажешь, а в третью скажешь: “Чёрт знает, что такое” — и отойдёшь подальше, если ж не отойдёшь, почувствуешь скуку смертельную. От него не дождёшься никакого живого или хоть даже заносчивого слова, какое можешь услышать почти от всякого, если коснёшься задирающего его предмета.

У всякого есть свой задор: у одного задор обратился на борзых собак; другому кажется, что он сильный любитель музыки и удивительно чувствует все глубокие места в ней; третий мастер лихо пообедать; четвёртый сыграть роль хоть одним вершком повыше той, которая ему назначена; пятый, с желанием более ограниченным, спит и грезит о том, как бы пройтиться на гулянье с флигель-адъютантом, напоказ своим приятелям, знакомым или даже незнакомым... словом, у всякого есть своё, но у Манилова ничего не было.

Дома он говорил очень мало и большею частию размышлял и думал, но о чём он думал, тоже разве богу было известно. Хозяйством нельзя сказать, чтобы он занимался, он даже никогда не ездил на поля, хозяйство шло как-то само собою. Когда приказчик говорил: “Хорошо бы, барин, то и то сделать”. — “Да, не дурно”, — отвечал он обыкновенно, куря трубку, которую курить сделал привычку, когда ещё служил в армии, где считался скромнейшим, деликатнейшим и образованнейшим офицером.

Когда приходил к нему мужик и, почесавши рукою затылок, говорил: “Барин, позволь отлучиться на работу, подать заработать”. — “Ступай”, — говорил он, куря трубку, и ему даже в голову не приходило, что мужик едет пьянствовать. Иногда, глядя с крыльца на двор и на пруд, говорил он о том, как бы хорошо было, если бы вдруг от дома провести подземный ход или через пруд выстроить каменный мост, на котором были бы по обеим сторонам лавки, и чтобы в них сидели купцы и продавали разные мелкие товары, нужные для крестьян. При этом глаза его делались чрезвычайно сладкими и лицо принимало самое довольное выражение; впрочем, все эти прожекты так и оканчивались только одними словами.

(Н.В. Гоголь)

Задание

1. Перескажите текст сжато.

2. Напишите небольшое сочинение, в котором выразите своё отношение к характеру Манилова.

№ 80

Я очень люблю скромную жизнь тех уединённых владетелей отдалённых деревень, которых в Малороссии обыкновенно называют старосветскими, которые, как дряхлые живописные домики, хороши своею пестротою и совершенною противоположностью с новым гладеньким строением, которого стен ещё не промыл дождь, крыши не покрыла зелёная плесень и лишённое штукатурки крыльцо не выказывает своих красных кирпичей. Я иногда люблю сойти на минуту в сферу этой необыкновенно уединённой жизни, где ни одно желание не перелетает за частокол, окружающий небольшой дворик, за плетень сада, наполненного яблонями и сливами, за деревенские избы, его окружающие, пошатнувшиеся на сторону, осенённые вербами, бузиною и грушами. Жизнь их скромных владетелей так тиха, так тиха, что на минуту забываешься и думаешь, что страсти, желания и неспокойные порождения злого духа, возмущающие мир, вовсе не существуют и ты их видел только в блестящем, сверкающем сновидении.

Я отсюда вижу низенький домик с галереею из маленьких почернелых деревянных столбиков, идущею вокруг всего дома, чтобы можно было во время грома и града затворить ставни окон, не замочась дождём. За ним душистая черёмуха, целые ряды низеньких фруктовых дерев, потопленных багрянцем вишен и яхонтовым морем слив..; развесистый клён, в тени которого разостлан для отдыха ковёр; перед домом просторный двор с низенькою свежею травкою, с протоптанною дорожкою от амбара до кухни и от кухни до барских покоев; длинношейный гусь, пьющий воду с молодыми и нежными, как пух, гусятами; частокол, обвешанный связками сушёных груш и яблок и проветривающимися коврами; воз с дынями, стоящий возле амбара; отпряжённый вол, лениво лежащий возле него, — всё это для меня имеет неизъяснимую прелесть, может быть, оттого, что я уже не вижу их и что нам мило всё то, с чем мы в разлуке.

Как бы то ни было, но даже тогда, когда бричка моя подъезжала к крыльцу этого домика, душа принимала удивительно приятное и спокойное состояние; лошади весело подкатывали под крыльцо, кучер преспокойно слезал с козел и набивал трубку, как будто бы он приезжал в собственный дом свой; самый лай, который поднимали флегматичные барбосы... был приятен моим ушам. Но более всего мне нравились самые владетели этих скромных уголков, старички, старушки, заботливо выходившие навстречу. Их лица мне представляются и теперь иногда в шуме и толпе среди модных фраков, и тогда вдруг на меня находит полусон и мерещится былое.

На лицах у них всегда написана такая доброта, такое радушие и чистосердечие, что невольно отказываешься, хотя, по крайней мере, на короткое время, от всех дерзких мечтаний и незаметно переходишь всеми чувствами в идеалистическую жизнь.

(По Н.В. Гоголю)

Задание

1. Перескажите текст сжато.

2. Напишите небольшое сочинение, в котором опишите свой любимый уголок.