№ 41 - № 50 - ТЕКСТЫ И ЗАДАНИЯ ДЛЯ ПОДРОБНЫХ ИЗЛОЖЕНИЙ - ИЗЛОЖЕНИЯ

Диктанты и изложения по Русскому языку 9 класс Л. М. Кулаева - 2016 год

№ 41 - № 50 - ТЕКСТЫ И ЗАДАНИЯ ДЛЯ ПОДРОБНЫХ ИЗЛОЖЕНИЙ - ИЗЛОЖЕНИЯ

№ 41

Ещё в начале прошлого века Крым вызывал интерес исследователей и путешественников. В путеводителе, изданном в 1834 году, есть даже рекомендации для желающих попасть в Крым. “В Одессе часто находятся татарские повозки, которые возвращаются в Крым. Желающие путешествовать экономно могут договориться с татарами за сходную цену... Обращаться в этом случае в лавки купцов караимов и на Греческий базар”. Сейчас же до столицы крымских ханов Бахчисарая проще добраться на автобусе практически из любого города Крыма.

Одна из жемчужин Крыма — пещерный город Мангуп-Кале. В 20 километрах от Бахчисарая расположена гора Мангуп, а одноимённое плато занимает площадь около 90 гектаров на вершине этой горы между четырьмя выступами-мысами, похожими на растопыренные пальцы. Плато окружено неприступными обрывами. Отсюда отлично просматривается окружающая местность на восток и на север, а в ясную погоду видно море и Севастопольский рейд.

На плато ныне ведёт единственная дорога, вернее узкая тропа — тоннель в густых труднопроходимых зарослях барбариса, кизила, лещины.

Выйдя на свет из лесного сумрака, мы не сразу различаем входы в ряд небольших помещений. Снаружи они укреплены камнем, а внутренние стены — скалы. Чуть в стороне заметны остатки крепостных стен. В зарослях ежевики и высокой травы можно разглядеть входы в маленькие комнатки и ниши, выдолбленные в скалах. Это памятники разных эпох.

Поднявшись на поверхность, мы увидим остатки крепостных стен, ворот, какого-то здания. Среди густой травы видны многочисленные остатки фундаментов древних сооружений. Здесь, наверху, был город, но совсем не тот, который мы видели вырубленным в скале.

Что же такое Мангуп? История этого города насчитывает около 13 веков. Предполагают, что его первыми жителями были потомки скифов, их вытеснили готы, но город оставался пещерным.

В XII веке Мангуп стал главным городом небольшого феодального княжества Феодоро, которым владели видные византийские деятели из армянского рода. В княжеской резиденции в 1425 году был построен дворец, от которого до наших дней частично сохранились только основания стен.

Княжество просуществовало до XV века. В русских документах о нём упоминается в 1475 году, когда мангупский князь предлагал свою дочь в жёны великому князю, сыну Ивана III.

Далее судьба Мангупа складывалась печально. После длительной осады он был взят турками, разграблен и сожжён. Турки превратили крепостные стены в цитадель — замок с амбразурами для огнестрельного оружия и темницей для заточения важных политических пленников. Для этих же целей её использовали и крымские ханы. После присоединения Крыма к России Мангуп как поселение перестал существовать.

Возвращаемся по той же дороге. По сторонам сквозь мрачную зелень с трудом удаётся разглядеть замшелые камни, по форме напоминающие саркофаги. Не сразу догадаешься, что это могильные памятники, которые занимают верхнюю треть склона. Здесь их десятки тысяч.

Сейчас на Мангупе безлюдно. Даже не все местные жители знают о его существовании. Лишь многочисленные пещеры и руины старинных построек напоминают о былом величии и многовековой истории этого удивительного места.

(По Л.Ю. Зыковой)

Задание

1. Передайте содержание текста подробно или сжато и озаглавьте его.

2. Определите стиль, тему и главную мысль текста. Своё мнение обоснуйте.

№ 42

Последний поклон

Демобилизовался из армии я в конце сорок пятого года и поселился на Урале. Устроиться жить и работать тогда не так уж просто было, и в суете, заботах и хлопотах незаметно пролетело полгода.

Лишь в сорок шестом году летом сумел я выбраться из Сибири.

В солдатской форме (гражданскую одежду не успел ещё заработать и приобрести), с надраенными медалями и пуговицами я переправился через Енисей и высадился на родном деревенском берегу.

Задами пробрался я к нашему дому. Мне почему-то хотелось первой встретить бабушку, и оттого я не пошёл улицей. Тихо повернул кольцо ворот. Они были не заложены, и ставни окон открыты. По этим приметам и по притоптанной траве да по растёртым гнилушкам елани я угадал, что в доме живут.

Дверь распахнута. В сенях гудел заблудившийся шмель и пахло прелым деревом. Краски на двери и на крыльце почти не осталось.

Я шёл осторожно, будто пробегал лишка, и теперь боялся потревожить прохладный покой в старом доме. Но щелястые половицы всё равно шевелились и постанывали под сапогами.

Бабушка сидела на скамье возле кухонного окна и сматывала нитки на клубок.

Буря пролетела над землёй. Смешались и перепутались миллионы человеческих судеб, исчезли и появились новые государства. А тут как висел настенный шкафик из досок и на нём ситцевая занавеска в крапинку, так и висит; как стояли чугунки и синяя кружка на припечке, так они и стоят; как сидела бабушка на скамейке с привычным делом в руках, так и...

— Что же ты стоишь, батюшко, у порога? Подойди, подойди! Перекрещу я тебя, милово.

Бабушка говорила так, ровно бы я отлучился в лес или на заимку к дедушке сбегал и вот возвратился.

— А я думал, ты меня не узнаешь.

— Да как же не узнаю? Что ты. Бог с тобой! — Бабушка сделала попытку встать, но её шатнуло, и она ухватилась руками за стол. Клубок скатился с её колен. Я поднял клубок и начал сматывать нитку. Медленно приближался я к бабушке и не спускал с неё глаз.

Какие маленькие сделались бабушкины руки! Сквозь сработанную кожу видна каждая косточка. И синяки. Пласты синяков — будто слежавшиеся листья поздней осени. Щёки бабушки глубоко провалились.

— Что так смотришь? Хороша стала? — попыталась улыбнуться бабушка впалыми губами.

Я бросил клубок и сгрёб бабушку в охапку.

— Живой я остался, бабонька, живой!

— Молилась, молилась за тебя, — торопливо шептала бабушка.

— Потому я и выжил...

Время утратило для бабушки свои определения. Границы его стёрлись, и что случилось’ давно, ей казалось, будто было совсем недавно, а из сегодняшнего много забывалось.

В сорок втором году, зимою, проходил я подготовку в запасном пехотном полку перед отправкой на фронт. Кормили нас плохо, табаку и совсем не давали. Я стрелял курить у тех солдат, что получали из дома посылки, и пришла такая пора, когда мне нужно было рассчитаться с товарищами.

После долгих колебаний я попросил в письме прислать мне табаку.

Задавленная нуждой Августа отправила в запасной полк мешочек самосада. В мешочке оказалась ещё горсть мелко нарезанных сухарей и стакан кедровых орехов. Этот гостинец — сухаришки и орехи — зашила в мешочек бабушка.

— Жизня-то какая была! Не приведи господи! — жаловалась бабушка. — А меня бог не прибирает. Путаюсь под ногами. Да ведь в чужую могилку не заляжешь. Помру скоро, батюшко. Помру...

Я хотел запротестовать, оспорить бабушку, но она как-то мудро и необидно погладила меня по голове — и не стало надобности говорить пустые утешительные слова.

Вскоре бабушка умерла.

Мне прислали на Урал телеграмму с вызовом на похороны, но начальник отдела кадров не отпустил.

Откуда знать он мог, что бабушка была для меня и отцом и матерью — всем, что есть на этом свете дорогого для меня!

Мне надо было послать того начальника куда следует, бросить работу, продать последние штаны и сапоги, а я не сделал этого.

Я ещё не осознал тогда всю огромность потери, постигшей меня.

И живёт в сердце вина. Гнетущая. Тихая. Я знаю, бабушка простила бы меня. Но её нет. И никогда не будет...

И некому прощать...

(По В. Астафьеву)

Задание

1. Передайте содержание текста сжато.

2. Ответьте письменно на вопрос: “Какие мысли и чувства вызывает у вас этот текст?” Выскажите своё отношение к прочитанному.

№ 43

Люди из камня

Люди из плоти и крови долго не живут, поэтому их иногда изготовляют из камня. Но, конечно, изготовлять их следует не по одному образцу, даже если образец пользуется всенародной любовью. А то наштампуешь их, всенародных, смотришь — любовь прошла. И даже не столько прошла, сколько перешла в противоположное качество.

Вот тут-то и обрушиваются живые на каменных, чтобы поскорее их всех уничтожить.

Правда, французы своих каменных деятелей не уничтожают. Их просто припрятывают — до более благоприятных времён. У Нового моста восседает на коне Генрих Четвёртый, пересидевший где-то французскую революцию и после революции вышедший из подполья. А если Людовику Тринадцатому не удалось пересидеть революцию, то он после революции восстановлен в мраморе, на той же площади.

Достоинство древних скульптур Лувра — то, что они изготовлены не по одному образцу. Артемида с ланью нисколько не похожа на Отдыхающего Геракла, а Геракл отличается от Мельпомены, которая даже ростом значительно превосходит его.

Поэтому живые с ними не боролись. Их сокрушали удары единственного врага — времени.

Особенно время беспощадно к богиням красоты. У Афины Книдской ни головы, ни рук, ни ног — хорошо хоть главное удалось сохранить, что делает богиню богиней. Правда, любителей древних красот собирает не эта, а другая богиня. Они толпятся вокруг неё, фотографируют, что-то записывают в блокноты. Богиня отлично сохранилась: что лицо, что фигура... Правда, нет рук... Это знаменитая Венера Милосская!

Потому вокруг неё столько народу. Знаменитость всегда привлекает больше, чем красота. Тут и отсутствие рук оправдано. Кто бы в ней, с руками, признал Венеру Милосскую?

Только в зале древних скульптур видишь, как человека травмирует время. На живых это незаметно, кажется, что они просто старятся. Но и они тоже что-то теряют. Пусть не руки, не ноги, а здоровье, молодость.

Некоторые — душу. Некоторые — совесть. Люди из камня не могут этого потерять. Может, они потому теряют различные части тела, что не могут потерять ни души, ни здоровья, ни совести?

Поднимемся на второй этаж. Здесь у входа нас встречает Ника Самофракийская, такая красивая женщина, что мы не сразу замечаем, что и она, оказывается, без головы.

Ей даже лучше без головы: ничто не возвышается над её крыльями. Когда поднимаешься так высоко, как поднялась эта богиня Победы, голова уже не имеет большого значения. И тогда почему бы её не потерять? Это так естественно для каждой победы.

Мы все в процессе лепки, и никто не знает, когда его вылепят, когда он станет законченным человеком. У нас такого даже нет выражения. Есть законченный преступник, законченный негодяй, но чтобы о ком-то сказали: законченный человек — мы такого ещё не слышали. Потому что пока жизнь не кончит нас лепить, никто не может считать себя законченным человеком.

(Ф. Кривин)

Задание

1. Передайте содержание новеллы Ф. Кривина из публицистического цикла “В местечке Париже” подробно или сжато.

2. Ответьте письменно на вопрос: “Как вы поняли слова последнего абзаца, выделенные жирным шрифтом?”

№ 44

Роза

Один человек вдруг начал благоухать, как роза. И с этим ничего нельзя было поделать. Он входил в магазин — и все мигом останавливались и начинали нюхать воздух и говорили:

— Пахнет розами. Как будто мы попали в розовый сад.

И пока этот человек не удалялся из магазина, никто ничего не мог купить, все стояли и, закрыв глаза, вдыхали аромат.

Но если этот человек вдруг объявлял, что это от него так чудесно пахнет, все отмахивались от него или просто не обращали на него внимания, продолжая вдыхать аромат роз.

И куда бы этот человек ни приходил, ему никто не верил, все бегали вокруг него и искали, где спрятаны розы, а на него не обращали внимания.

А дома у этого человека происходила совсем другая история: всем ужасно надоел запах роз. Кроме того, соседи варили щи или грибной суп или жарили котлеты —- и всё это пахло розами. И все собаки во дворе пахли розами, и даже мусорное ведро так пахло.

Все соседи говорили, что жить стало невыносимо.

В доме страшно расплодились мыши, потому что кошки теперь не могли различить мышь по запаху — мышь пахла, как роза. И кошки пахли, как розы.

Наконец этот несчастный человек решил пойти в ботаническую академию: он надеялся, что там разберутся, в чём дело.

И действительно, в ботанической академии его сразу же окружили профессора, повернули его к свету и стали спорить, жёлтая он роза или белая. Профессора долго спорили, потому что от того, какого цвета роза, зависит и уход за этой розой.

Наконец профессора решили, что он бело-розовая роза. А этот человек просто расцвёл от такого всеобщего внимания. Он с удовольствием позволил посадить себя в горшок и привязать верёвочкой к длинной палке, потому что профессора объяснили ему, что иначе он может полечь.

Его, как и всякую бело-розовую розу, поливали три раза в день какой-то мутной водой, так что у него каждый раз промокали ноги, и он в конце концов простудился и полёг. Верёвочка, которой он был крепко привязан к палке, действительно очень поддерживала его. Профессора осматривали его каждые полчаса и наконец переименовали этого человека в красную розу, так как он покраснел от насморка.

Когда же насморк кончился, профессора снова осмотрели этого человека и никак не могли понять, какого цвета теперь эта роза. Наконец они объявили, что вывели новый сорт — бледно-розовую розу без запаха. Потому что во время лечения он утратил свой аромат.

Первое время этот человек боялся, что его погонят в шею, но его опасения не сбылись: к нему водили иностранцев, демонстрировали экскурсантам и даже устраивали выездные лекции, куда он ездил, крепко держась за горшок. Со временем он привык ничего не опасаться, от постоянных поливов холодной водой закалился, а для запаха прыскался духами “Красная Москва”. В интервью, которые он со временем стал давать, он с удовольствием вспоминал то время, когда в его аромат никто не верил, когда его гнали даже из того дома, где он жил. Единственное, чего он не любит, — это навозную подкормку. Но цветы — подневольные существа, и приходится терпеть ему жизнь цветка.

Поскольку настоящие-то цветы растут из сора и питаются кое-как.

(Л. Петрушевская)

Задание

1. Передайте содержание текста “Сказки для взрослых” Л. Петрушевской подробно или сжато.

2. Ответьте письменно на вопросы: “Как вы поняли смысл этой “сказки”?”, “Почему она названа автором “Сказкой для взрослых”?”

№ 45

Ожидание

Лежал при синеватом свете ночника, никак не мог заснуть, вагон несло, качало среди северной тьмы зимних лесов.

И вдруг поразило: о как часто я ожидал тот или иной день, как неблагоразумно отсчитывал время, подгоняя его, уничтожая его одержимым нетерпением! Чего я ожидал? Куда я спешил? Почти никогда в прожитой молодости я не жалел, не осознавал утекающего срока, словно впереди была счастливая беспредельность.

Я неистово торопил время в детстве, ожидая день покупки перочинного ножа, обещанного отцом к Новому году, я с нетерпением торопил дни и часы в надежде увидеть знакомую девочку с портфельчиком. Я ждал того момента, когда она пройдёт возле меня, и, омертвев, с презрительной улыбкой влюблённого мальчика наслаждался высокомерным видом её вздёрнутого носа.

Иногда думаю, что и война была как бы длительным ожиданием, бесконечным мучительным сроком прерванного свидания с радостью, то есть всё, что мы делали, было за дальними границами любви и потому казалось временным, вынужденным, неестественным. А впереди за пожарами по задымлённому пулемётными трассами горизонту манила нас надежда на облегчение, вожделенная мысль о тепле в тихом домике среди леса или на берегу реки, где должна произойти какая-то встреча с незавершённым пленительным прошлым и недосягаемым будущим. Терпеливое ожидание длило наши дни на простреленных полях и вместе очищало наши души от смрада висящей над окопами смерти.

Я помню первый успех в жизни и предваряющий его звонок по телефону, в котором было обещание этого успеха, долгожданного для меня.

До радостной точки успеха, до знаменательного дня, когда должен был я полностью удовлетвориться, ощутить собственное “я” счастливого человека, нужно было ждать не один месяц. И если бы опять спросили меня, отдал бы часть своей жизни за сокращение времени. Да, я готов сократить земной срок...

И только сейчас — уже будучи немолодым человеком, прожившим лучшие годы своей жизни, переступившим порог зрелости, — я не испытываю былой остроты радости завершения. И уже не отдал бы ни часа живого дыхания за нетерпеливое удовлетворение того или иного желания, за краткий мир результата.

Почему? Я постарел? Устал?

Нет, только теперь я понимаю, что путь воистину счастливого человека от рождения до последнего растворения в вечности и есть тормозящая неизбежную мглу небытия радость ежедневного существования в окружающем мире, и я поздно осознаю: какая же бессмысленность торопить и вычёркивать ожиданием цели дни, то есть неповторимость мгновений жизни, данной нам единый раз как драгоценный подарок.

(По Ю. Бондареву)

Задание

1. Передайте содержание текста “Страницы из записной книжки” Ю. Бондарева подробно или сжато.

2. Ответьте письменно на вопросы: “Как вы поняли смысл выделенных строк?”, “Согласны ли с позицией автора?”

№ 46

Оружие

Когда-то очень давно, на фронте, я любил рассматривать трофейное оружие.

Гладко отшлифованный металл офицерских парабеллумов отливал воронёной чернотой, рубчатая рукоятка как бы сама просилась в объятья ладони, спусковая скоба, тоже отполированная, требовала погладить её, просунуть указательный палец к твёрдой упругости спускового крючка. Во всём готовом к убийству механизме была чужая томящая красота, какая-то тупая сила призыва к власти над другим человеком, к угрозе и подавлению.

Браунинги и маленькие “вальтеры” поражали своей игрушечной миниатюрностью, никелем ствольных коробок, пленительным перламутром рукояток, изящными мушками над круглыми дульными выходами. В этих пистолетах всё было удобно, аккуратно выточено, всё сияло женственной нежностью, и была ласковая смертельная красота в лёгких и прохладных крошечных пульках.

Тогда, более двадцати лет назад, я многого не понимал и мне казалось одно — наше оружие грубее немецкого, но чувствовал подсознательно некую противоестественность в утончённой красоте чужого металла, оформленного, как дорогая игрушка, руками самих людей, смертных, недолговечных.

Теперь же, проходя по залам музеев, увешанным оружием всех времён — пищалями, саблями, кортиками, кинжалами, секирами, пистолетами, видя роскошную инкрустацию ружейных лож, бриллианты, вправленные в эфесы, золото, сверкающее в рукоятках мечей, я с тошнотным чувством спрашиваю себя: “Почему люди, подверженные, как и все на земле, ранней или поздней смерти, делали и делают оружие красивым, даже изящным, подобным предмету искусства? Есть ли какой-нибудь смысл в том, что железная красота убивает самую высшую красоту творения — человеческую жизнь?”

(Ю. Бондарев)

Задание

1. Передайте содержание текста “Страницы из записной книжки” Ю. Бондарева подробно.

2. Ответьте письменно на вопрос: “Как бы вы ответили на вопрос, которым писатель завершает свой рассказ?”

№ 47

Мать

Сегодня утром я шёл по улицам Старого Дрездена. На душе было неприятно и неловко: шёл я смотреть её, прославленную Сикстинскую мадонну. Ею все восхищаются, ею стыдно не восхищаться. Между тем бесчисленные снимки с картины, которые мне приходилось видеть, оставляли меня в совершенном недоумении, чем тут можно восхищаться. Мне нравились только два ангелочка внизу. Я знал, что буду почтительно стоять перед картиной и всматриваться без конца, и стараться натащить на себя соответствующее настроение. И задорный бесёнок будет подсмеиваться в душе.

Я вошёл в музей. Большие залы, сверху донизу увешанные картинами. Глаза разбегаются. Вот небольшая дверь в угловую северную комнату. Перед глазами мелькнули знакомые контуры, яркие краски одежд... Она! С неприятным, почти враждебным чувством я вошёл в комнату.

Однако в большой, идущей от пола золотой раме, похожей на иконостас, высилась у стены картина. Слева, из окна, полузавешанного малиновой портьерой, падал свет. На диванчике и у стены сидели и стояли люди, тупо-почтительно глазея на картину. “Товарищи по несчастью!” — подумал я, смеясь в душе. Но сейчас же я поспешил задушить в себе смех и с серьёзным видом остановился у стены.

И вдруг незаметно всё вокруг как будто стало исчезать. Исчезли люди и стены. Исчез вычурный иконостас. Среди тумана ярко выделялись два лица — Младенца и Матери. И перед их жизнью всё окружающее было бледным и мёртвым... Он, поджав губы, большими, страшно большими и страшно чёрными глазами пристально смотрел поверх голов вдаль. Эти глаза видели вдали всё: видели вставших на защиту порядка фарисеев, и предателя-друга, и умывающего руки чиновника-судью, и народ, кричащий: “Распни его!”. Он видел этим проникающим взглядом, как будет стоять под терновым венцом, исполосованный плетьми, с лицом, исковерканным живой мукой.

И вот рядом с ним — она, серьёзная и задумчивая, со лбом, отуманенным дымкою предчувствия. Я смотрел, смотрел, и мне казалось: она живая. И такая вся она полная любви к жизни на земле... И всё- таки она не прижимала сына к себе, не старалась защитить от будущего. Она, напротив, грудью поворачивала его навстречу будущему. И лицо её светилось благоговением к его подвигу и величавой гордостью. А когда совершится подвиг... Когда он свершится, её сердце разорвётся от материнской муки.

Вечером я сидел на Брюлевской террасе. На душе было так, как будто в жизни случилось что-то очень важное и особенное.

Я сидел, и вдруг светлая, поднимающая душу радость охватила меня, — радость и гордость за человечество, которое сумело воплотить и вознести на высоту ТАКОЕ материнство. И пускай в мёртвом тумане слышатся только робкие всхлипывания и слова упрёка, — есть Она, есть. И пока она есть, жить на свете весело и почётно. И мне, неверующему, хотелось молиться ей.

(В. Вересаев)

Задание

1. Передайте содержание текста сжато или подробно.

2. Ответьте письменно на вопросы: “Какие мысли и чувства вызывает у вас рассказ о замечательном полотне Рафаэля “Сикстинская мадонна”?”, “Как вы поняли смысл названия рассказа (“Мать”) В. Вересаева?”

№ 48

Звезда

Это случилось в давние времена, в далёком, неведомом краю.

Над краем царила вечная, чёрная ночь. Гнилые туманы поднимались над болотистою землёю и стлались в воздухе. Люди рождались, росли, любили и умирали в сыром мраке.

Но иногда дыхание ветра разгоняло тяжёлые испарения земли. Тогда с далёкого неба на людей смотрели яркие звёзды. Наступал всеобщий праздник. Люди сходились на площадь и пели гимны небу. Отцы указывали детям на звёзды и учили, что в стремлении к ним — жизнь и счастье человека. Звёздам молились жрецы, звёзды воспевали поэты. Так долгие годы шла жизнь людей, тихая и безмятежная, и согревалась она кроткою верой в далёкие звёзды.

Однажды звёзды горели на небе особенно ярко. Люди толпились на площади в немом благоговении перед вечным светом.

Вдруг из толпы раздался голос Адеила, юноши безрассудного и непокорного:

— Братья! Как светло и чудно там, в высоких небесных равнинах! Нам нужен этот свет. Нужен больше воздуха и пищи. Пойдёмте же искать пути, пойдёмте искать света для жизни!

И заговорил старый учитель умных, свет науки:

— Милый юноша! Всем понятна твоя тоска. Но невозможно человеку сорвать с неба звезду. Край земли кончается глубокими провалами и безднами. И нет через них пути к звёздам. Так говорят опыт и мудрость.

И ответил Адеил:

— Не к вам, мудрые, и обращаюсь я. К вам взываю я, молодые и смелые сердцем, кто ещё не раздавлен дряхлой старческой мудростью!

И поднялись многие юноши и девушки. И пошли в тёмную, грозную даль. И тьма поглотила их.

Прошло много времени. Об ушедших не было вести. Но вот однажды над тёмным краем земли небо слабо осветилось мелькающим светом. Люди толпились на площади и спрашивали:

— Что это там?

А небо светлело, светлело. В бурной радости побежали люди навстречу.

По дороге тихим шагом шёл Адеил и высоко держал за луч сорванную с неба звезду. Он был один.

— Слава Адеилу! Слава принесшему свет!

Прошли дни. По-прежнему ярко сияла на площади звезда в высоко поднятой руке Адеила. Но давно уже не было в городе ликования. На место разогнанных звездой туманов над городом сгущалась угрюмая злоба. И под гнётом её нельзя было жить. И вот с воплем выбежал на площадь человек.

— Долой звезду! Мы мирно жили во мраке, мы любили нашу тихую жизнь. А пришёл свет — и нет уже отрады ни в чём. Грязными уродливыми кучами теснятся дома. Каждый наш тайный шаг, каждое скрытое движение освещает неумолимый свет. Невозможно жить! Долой звездоносца, да погибнет свет!

Тогда выступил опять старый учитель:

— Безрассудно поступил ты, Адеил, и сам видишь плоды своего безрассудства. По законам природы жизнь развивается медленно. Но ты не хотел ждать. Что же получилось? Кругом грязная, жалкая и уродливая жизнь. Но разве мы не догадывались, что она такая? Не велика мудрость сорвать с неба звезду и осветить ею уродства земли. Нет, возьмись за чёрную, трудную работу переустройства жизни. Тогда увидишь, легко ли очистить её от накопившейся веками грязи. Сколько непонимания условий и законов жизни!

Прошли годы. По-прежнему в сыром мраке рождались и умирали люди. По-прежнему мирной и спокойной казалась жизнь. Но отравлены были прежние тихие радости. Ложь въелась во всё. Молился человек на далёкую звезду и начинал думать: “А вдруг найдётся другой безумец и принесёт звезду сюда, к нам?”.

То и дело разносится весть, что некий юноша или девушка ушли из родного гнезда. Куда? Не по пути ли, указанному Адеилом? И с ужасом чувствовали люди, что если опять засияет на земле свет, то придётся волей-неволей взяться наконец за громадную работу, и нельзя будет уйти от неё никуда.

(В. Вересаев)

Задание

1. Передайте сжато содержание текста восточной сказки В. Вересаева “Звезда”.

2. Ответьте письменно на вопросы: “Как вы поняли смысл этой сказки?”, “Какой урок можно вынести, прочитав её?”

№ 49

Знакомый

На рыбалку деду далеко ходить не надо. Омут под окнами. Вечером выдолбит аккуратно лунку, подкормку бросит нежной, а утром уже сидит с мормышкой. Окуней, плотвичек таскает. Крупные окуни размером более ладони всегда привлекали неудачников. Те всегда замечали деда с уловом, шептались, называли его между собой колдуном. Но мы-то знали нашего деда.

Подошли как-то к нему. А у деда улов как никогда, рыба вся крупная, чешуёй, перепачканной в свежем снегу, так и блестит. Рядом тяжело дышал старый окунь-горбун. Голова тупая, с характерной горбинкой, большие глаза, крупнее, чем у других окуней, хвост надкусан, хребет в изрытых ссадинах. Досталось, видно, разбойнику полосатому! А на одной из жаберных крышек виднеется странное кольцо. Разглядываем ближе, а это женская серьга. Глянули на деда — у него полные слёз глаза.

— Попался, Горбун этакий. Ведь надо же, который раз его, бедолагу, ловлю.

И поведал нам дед вот что.

— Летом, года три назад, я этого Горбуна на удочку вытащил. Зацепил не за губу, а за хребет. Жалко было, да и достался нечестно мне, — отпустил. Через день он опять попался. Теперь всё законно, клевал, заглотил. Но снял я его едва с крючка, он — бац хвостом и в родную стихию. Мастерски ускользнул. А где-то весной удил я с лодки на середине омута, вдруг вроде клюнула, дёрнул, а на ней знакомый окунь. Вот тогда-то я его и прозвал Горбуном, нос у него необычный... Конечно, отпустил, такое редко бывает. Да недолго он гулял. Попался снова. На удочку. Пришлось нацепить ему серьгу, оставшуюся ещё от бабки моей. Приметил Горбуна, отпустил снова, но с условием: если ещё раз попадётся, непременно изжарю.

— И вот он попался? — наперебой спрашивали мы удивлённо.

— Нет. Он ещё раз попадался, — продолжал свой рассказ дед. — Видите, хвост надкусан. Это ему досталось от кота. Выловил знакомого с серьгой уже через год, ну и принёс, согласно нашему уговору, его домой. Положил на стол и стал готовить всё к ужину. А тут кот — прыг на стол и хвать Горбуна за хвост. Ну а тот его тут же хвостом по рылу. Шарахнулся кот со стола и бегом в сени, словно ошпарили. Смеху было! Развеселил меня Горбун, пришлось за это отнести его и выпустить снова в омут. Только на сей раз дал себе окончательно клятву — изжарю. А он, нате, зимой, сейчас попался. Лежит... Тоже герой мне.

Дед сощурил серые глаза, выронил несколько слезинок. Ему очень жалко было Горбуна. Мне хотелось подойти к Горбуну и спихнуть его в лунку... Но ноги почему-то не слушались меня. Мы стояли и смотрели все на Горбуна с серьгой.

И тут Горбун разрешил всё сам. Ударив громко хвостом, он скользнул по льду и выпустил фонтан брызг из рядом находившейся лунки. Видно, понял состояние деда, а может, надоело лежать просто так.

Тонким голосом дед выводил бесконечно радостное:

— Горбун обманул всё-таки. Ну, окаянный, попадись мне, изжарю.

Мы выросли. Дед умер. Когда мы приходим на речку, чтобы выловить Горбуна, мы вспоминаем деда, его рассказы. Раньше нам казалось, что раз мы деревенские, то и природу любить нам велено от рождения. Теперь так не думаем. Любви, как и всякому чувству, труду, надо учить. Нас учил безымянный дед.

(А. Грешневиков)

Задание

1. Передайте сжато содержание текста новеллы А. Грешневикова.

2. Ответьте письменно на вопросы: “Согласны ли вы со словами автора в последнем абзаце текста?”, “Какие проблемы подняты писателем в новелле?”

№ 50

Задумывался ли кто всерьёз над мыслью Достоевского: “Красота спасёт мир”?

Есть ли у нас подвижники красоты? Кто из современников обладает главным талантом художника — чувством Родины? Ведь только обладающий таким чувством может заниматься нравственным воспитанием.

Однажды в московском доме известного писателя я увидел гравюру с глухарём... Птица, будто живая, всматривалась в лесную даль. Она олицетворяла волю, спокойствие, мудрость. Я ушёл в какой-то чудный, знакомый до боли сказочный мир. По-особому видел, слышал, чувствовал. Я спросил писателя о художнике и услышал в ответ неожиданное: “Художник — мой земляк, он давно и преданно служит красоте русской земли”.

И я стал искать встречи. Чтобы увидеть того глухаря, растревожившего душу и давшего мне понять, что красота зовуща...

— Красота — это искренность, правда и, прежде всего, любовь к Родине, — сказал мне Олег Павлович Отрошко, ярославский художник, наделённый на добро сердцем. — А любовь к Родине — это любовь к речке, к берёзке под окном... Потом это не только чувства... Человек смотрит, куда плывут облака, встречает зарю, спешит увидеть в лесу цветение ландыша. Этого человека не оторвёшь от Родины.

Разговор заходит и о давно знакомой мне гравюре с глухарём.

— Люблю глухаря, как никакую другую птицу... И рисовать её — одно удовольствие, хоть и трудно. У глухаря, как у человека, разное настроение, разные характеры. Встречал глухаря со спокойным нравом, а то драчуна, забияку, рисовал добрых, ленивых, встречал бахвалов.

Неоднократно художник возвращался к главной теме нашего разговора:

— Меня беспокоит сегодня отсутствие у многих людей чувства красоты, её соразмерности и желания понимать, культивировать её в жизнь... В далёкие времена этим почему-то меньше страдало наше общество. Разве такими выглядели деревни? Мужики-плотники ставили их на самом живописном месте, да чтобы речка со светлой водой, с ивами на берегу была, да чтобы луга травой зеленели. А дома рубились, как игрушки, а колодцы манили затейливой резьбой. К чему же нам теперь серые стандартные домишки? Не от доброго ведь желания потеряли мы деревенский уклад жизни. И гложет теперь наши души эта потеря. Хотим и стремимся уже вернуть деревне хозяина, вернуть духовность.

Человек — частица природы, но не покоритель её, не царь меньших наших братьев. Назначение человека — в его стремлении к нравственному усовершенствованию. Природа в этом отношении — наш учитель, у неё мы берём уроки совершенства. Природа в гравюрах художника — это то, что она создала за миллионы лет, её труды... И, глядя на них, ты понимаешь, что тебе, человеку, нет ничего необходимее, чем густота вечерней травы, причудливость архитектуры деревьев, глухариная песня на заре, журавлиный клин в поднебесье. Природа гуманна. Художник же учит защищать природу.

Перед тем как покинуть мастерскую, Олег Павлович поделился со мной воспоминаниями о детстве:

— Тяжело вспоминать послевоенные годы... Немцы ушли. Голод страшный. У нас в доме было ружьё-одностволка. Брат научил меня стрелять. Охота моя заканчивалась нередко удачей, потому что я часто добывал доступных ворон, сорок. Ели тогда всё. С вороньим мясом и вода вкуснее, чем просто вода. К матери приходили соседи, просили дать им ворону или сороку. В девятом классе добыл волка. С природой я знакомился по-настоящему, сурово. И, конечно, воспоминания детства, связанные с природой, дали мне как художнику, как гражданину очень многое.

(А. Грешневиков)

Задание

1. Передайте подробно или сжато содержание текста новеллы А. Грешневикова.

2. Выразите своё отношение к поднятым в тексте проблемам.